История - это мы: летопись русской эмиграции в Панаме

Первые русские и советские жители Панамы.

Сведения о первых русских жителях в Панаме собрал в своей книге “Algunos aspectos de las relaciones entre Panamá y Moscú y otras Historias” доктор Аугусто Фабрега. Благодаря его исследовательскому энтузиазму, сегодня нам известны несколько ярких фигур из наших соотечественников, разными путями попавших в Панаму в начале ХХ века - из Российской империи и позднее из Советского Союза. Пересскажем кратко их истории, подробнее читайте о них в книге доктора Фабреги.

Примечание: фамилии персонажей дошли до нас в испанской интерпретации, в связи с чем некоторые из них вызывают затруднения в русском написании и возможны варианты: Кравцо (Cravcio), Зенькович (Zenkovich), Печняк (Pieshniak/ Piechnak).

 

Панама в начале ХХ века

Русский учитель математики



Иван Сидоряк, родом из Львова, служил артиллерийским офицером царской армии и в 1918 году, после завершения Первой мировой войны, эмигрировал из революционной России.
 

В Панаме он жил в районе Панама Вьехо  в домике на сваях, и столь давно был соседом некой Исидоры Гонсалес преклонного возраста, сколько она себя помнит. Вокруг домика на сваях росло множество цветов и растений, за которыми “сеньор Иван” ухаживал с большой заботой - в условиях, когда ещё не было в окгруге ни водопровода, ни электричества.
 

Артиллерийский офицер зарабатывал в Панаме репетиторством: он преподавал математику и в дополнение к ней - английский язык. В комнате, где жил, он устроил “школу” и занавеской отгородил от неё свою кровать. Он был неприхотлив, жил по-спартански и сам смастерил мебель для занятий. Несмотря на скромный быт, учитель имел богатую библиотеку, в частности, по математике, в которой большинство книг были на русском.

Русский учитель обладал обширной культурой,  большим преподавательским даром, а занятия проводил по очень низким ценам. Все, кто знали учителя, вспоминают его как самоотверженного и доброго человека.  Его уроки зачастую были бесплатны, а сам учитель чрезвычайно ласковый.

По свидетельству Исидоры Гонсалес,  которая, как и три её дочери, была  ученицей сеньора Ивана, его уроки способствовали математическому образованию множества детей и молодежи в округе. К некоторым из них он относился как к собственным внукам. Позднее к нему водили своих детей и первые русские жёны первых панамских специалистов эпохи Торрихоса, получивших высшее образование в СССР, среди которых были и дети доктора Фабреги. Их дочь Ариадна вспоминала, что учитель предпочитал говорить с ней по-испански, потому что русский язык вводил его в глубокую тоску по родине, так что бывший офицер артиллерии, рассказывая о своей юности, плакал.

Этот особенный человек, известный в панамской столице как “русский учитель математики”, умер 26 июля 1998 года и похоронен на кладбище Хардин де Пас, недалеко от своего дома.
 

Из воспоминаний очевидцев, знавших его, проступает облик русского офицера дореволюционной эпохи, с чисто русским набором качеств - доброта, самоотверженность и просветительство: просвещать из любви к искусству  – дар, данный Богом не каждому, но которым до сих пор отличается русская культура в своих лучших проявлениях.

Княгиня Алина, балерина​



В Чириках, в горном местечке Серро Пунта, долгие годы жила русская дама, которую местные жители называли "княгина Алина де Печняк ("princesa Alina de Pieshniyak/Piechnak”). Была ли Алина де Печняк русской дворянкой, остаётся под вопросом. Она была вдовой американского гражданина и получала пенсию от  правительства США. Не удивительно, что она попала в эти места – издавна они славились притоком миграции из Европы и Северной Америки благодаря своему приятному климату, и сегодня здесь можно встретить их потомков.

Очевидица рассказывает, что княгиня Алина была образованной дамой, в прошлом балериной, и показывала ей фотографии, на которых танцевала в Буэнос Айресе, в Аргентине. Однако установить, в каком году и при каких обстоятельствах она приехала в Панаму, не удалось – княгиня Алина почти не говорила по-испански, хотя и понимала. В 1968 году доктор Фабрега со своей русской женой Валентиной оказались в Серро Пунта, где и познакомились с княгиней Алиной. Выяснилось, что она была балериной Мариинского театра, однако по-русски говорила уже с таким трудом, что предпочитала с ними общаться на скудном испанском.

Княгиня Алина появлялась на улицах Серро Пунта элегантно одетой, ей нравилось выглядеть ухоженной, она носила редкое в тех местах летнее пальто, изящный красный берет и красила губы ярко-красной помадой. Температура в тех местах в то время колебалась от 10 до 15ºC, а иной раз и падала до 0º.

Княгиня Алина жила непритязательно в очень скромном домике, хотя американская пенсия позволяла ей жить в более удобных условиях. Она отказывалась от помощи соседей, отличалась угрюмым характером и была мало общительна; поэтому удивительна была её дружба с валаделицей лавки, в которой княгиня Алина покупала себе продовольствие. Во всяком случае владелица лавки сильно переживала, что княгиня Алина почила во время её поездки за границу и что она не смогла помочь ей в эти минуты.
 

Несмотря на тяжёлый характер княгини Алины, именно соседи обеспокоились её необычным отсутствием и вызвали необходимую службу помощи. Они же собрали средства на достойные похороны и похоронили княгиню Алину на местном кладбище в Серро Пунта.

Семья Кравцо



Об Иване Фёдоровиче Кравцо рассказали доктору Фабреге его сыновья  - Радко и Хуан Кравцо. Иван Фёдорович родился 15 августа 1895 года во Львове. По профессии юрист, он был казацким капитаном царской армии и после её разгрома, в 20-х годах прошлого века, эмигрировал из красной России в Германию. Оттуда в Мексику, затем в Гондурас - и в 1928 году прибыл в Панаму, где и осел. В 1933 году он женился на Бланке Алисии Карлес, учительнице из городка Агуадульсе.

Иван Фёдорович перемещался по всей Панаме, выучил испанский язык. В районе Кокле он работал в  компании Ingenio Ofelina, принадлежащей известной в Панаме семье Шиари, где внедрил для вспашки сельскохозяйственную технологию, которую узнал ещё от своего отца на Украине, из-за чего приобрёл расположение владельцев.
 

В области Верагуас он жил в местечке под названием Пиксбае, где, имея лодку, занимался добычей жемчуга и жемчужных раковин, которые экспортировал в Европу. Добычу жемчужин производили водолазы в старинном снаряжении, включающем большой скафандр.
 

В Чириках он  работал в Пуэрто Армуэйес на банановых плантациях.

У Ивана Фёдоровича было две дочери - Ольга и Бланка, и два сына - Радко и Хуан. Ольга и Радко стали гинекологами, а Хуан психиатром. Бланка, закончив в США университет по специальности инженера-строителя, вышла замуж за американца и осталась там жить.
 

У Ивана Фёдоровича было четырнадцать внуков. Все стали профессионалами, многие из них врачами.
 

Умер Иван Фёдорович в Панаме в 1984 году.

Панама в 1945 году

Часовщик с площади Санта Ана​



Василий Зенькович был по специальности часовщиком. У него была своя небольшая мастерская у площади Санта Ана, на втором этаже здания на улице Центральной, стоящего по диагонали к дому Пойера. Зенькович хорошо помнил свой родной язык и со своими русскоговорящими клиентами и посетителями любил говорить именно на нём.
 

Василий эмигрировал вместе с братом. Он рассказывал, что жил на той украинской территории, которая отошла к польской юрисдикции (видимо, по Рижскому миру 1921 года). Это произошло, когда ему исполнилось восемнадцать лет, и, чтобы избежать обязательной военной повинности в польской армии, он вместе с братом бежал в Бразилию, а оттуда перебрался в Панаму.
 

Братья, видимо, были первыми ласточками в последующей массовой миграции украинцев в США и Канаду, в связи с начавшимся ростом безработицы, который был вызван передачей полякам не только земель, но и предприятий.



Владелец мебельного магазина​



Александр Сергеевич Столецкий был родом из Прибалтики. Во время Великой Отечественной войны, будучи пилотом советской авиации, он попал к немцам в плен. Находился в концлагере, откуда был освобожден американскими войсками в 1945 году, сразу после Второй мировой войны. После освобождения Столецкий присоединился к войскам США - жил некоторое время в Германии, а затем переехал в Панаму, где успешно занялся бизнесом и в конечном итоге открыл пополам с одним испанцем мебельный магазин “Ла примавера” в районе Калидонии, на развилке улицы Хосе Доминго Эспинар. Этот магазин существует до сих пор.
 

Столецкий был женат на немке, которую очень хвалил. Он любил общаться с соотечественниками, которые оказались в Панаме в связи с замужеством, и с их русскоговорящими мужьями, получившими высшее образование в Советском Союзе. Они оба с женой отличались большим гостеприимством, а сам он был известен тем, что помогал своим землякам, которые оказались в нужде. Однако, когда у него спрашивали, не хочет ли он съездить на родину, он отвечал, что дома у него уже никого не осталось и, как сам он признавался, его  уже туда и не тянуло.

Александр Столецкий умер в Панаме в 1989 году.



Площадь Санта Ана в начале прошлого века